Поколению, к которому я принадлежу, много пришлось выслушать о качестве заграничных тв-шоу/мыльных опер/ситкомов. Ворчали из-за низкого уровня юмора, "вот когда была цензура, такого не пропускали", и тому подобное. Больше всего доставалось закадровому смеху: "это для дебилов".
Ситкомы – явление сегодня для нас вполне привычное. Сериалы с глуповатым юмором и хохочущей невидимой аудиторией стали повседневностью, как реклама. На этот феномен не могли не обратить внимания философы. Уж больно он странен – смех фальшивой аудитории в телевизоре, созданный для индивидуального просмотра. Даже не для кинотеатра. Прослеживалась связь с подсознанием.
Читайте также: Не "Кварталом" единым: об украинском абсурдизме и его истории
Профессор Роберт Пфаллер ввел такое сложноватое понятие как "интерпассивность" – невозможность получить опыт собственного наслаждения. Ситкомы здесь – отличный пример. Вам не дают возможности самим оценить шутку, ведь за кадром над ней уже смеются вместо вас. То ли живые люди, то ли записанные голоса.
Мой любимый Славой Жижек идет дальше, и говорит, что современная массовая культура не дает нам даже возможности получить опыт "пассивного" наблюдения, а позволяет эту "пассивность" как бы передавать невидимым людям/предметам, пока мы заняты чем-то другим. Да, Жижек умеет иногда перемудрить.
Я рискну поспорить с мэтрами. Жижек (большой мастер иногда случайно проговаривать более правильные вещи, чем выводы, которые он делает) говорит:
"Когда я вечером прихожу домой, слишком вымотанный для занятий чем-нибудь осмысленным, я просто могу врубить телевизор и посмотреть серию "Улыбок", "Друзей" или иного сериала; даже если я не смеюсь, а просто тупо гляжу в экран, устав после тяжелого рабочего дня, тем не менее, я чувствую себя после этой передачи свежее. Телеэкран буквально смеется вместо меня, или на моем месте".
Дальше идет нелестный вывод, уже описанный выше. Мне же кажется, в этом коротком пассаже больше правильного, чем видится самому Жижеку.
Присмотритесь к ситкомам повнимательнее. Это очень консервативный по форме жанр. Спустя 60 лет после первого большого ситкома "Я люблю Люси" мало что поменялось: почти всегда снимают средним и общим планом; декорации больше сценические, чем киношные; камеры в одном положении (комната Леонарда и Шэлдона в "Теории большого взрыва", кофейня в "Друзьях"), очень простенькие раскадровки. И очень много закадрового смеха.
И до меня дошло. Ведь ситком – это наследник ярмарочных развлечений. На таких в старину выступали клоуны, арлекины, всякие крикуны-зазывалы. А народ смеялся от пинков, пощечин и падений. Это никогда не было интеллектуальным занятием. Человек не мог в этом случае получить "индивидуальный опыт" (по Пфаллеру и Жижеку), потому что он находился в толпе, громко и диковато смеющейся над простейшими и грубыми шутками. Находясь в толпе, человек не мог не заражаться общим настроением, и тоже начинал смеяться.
Ничего необычного или непривычно примитивного в ситкомах нет. Закадровый смех и правда снимает со зрителя часть "ответственности" за общий низкий уровень юмора. Здесь Жижек абсолютно прав – смеющиеся "невидимки" позволяют не чувствовать неловкости от не шибко удачных острот. В тишине и без закадрового смеха редкий ситкомовский гэг "зайдет" и заставит засмеяться. Но в атмосфере плохонького спектакля с заливающимися "кем-то" по ту сторону камеры, уставший от тяжелого труда человек на некоторое время отвлечется от стрессов жизни, отключит постоянный анализ всего и вся. И просто улыбнется, посмеется.
Закадровый смех даст ему ощущение сопричастности. Этому способствуют "диалоговый стиль" ситкомов, подчеркнутая несерьезность происходящего, театральность. Ситком не пытается притворяться фильмом, который в свою очередь притворяется "настоящей жизнью". Ситком не боится своей фальшивости, а упивается ею, как бы говоря: "Да, это все неправда, но посмейся с нами. Сейчас можно".
Таким образом, высвобождается много подавленной энергии, вы чувствуете себя "свежее". В нашей чрезвычайно жесткой реальности только немногие вещи способны на такое. Многие из них запрещены. Другие больно бьют по печени. А ситкомы, даже самые дурацкие, делают это легально и довольно неплохо.
Читайте также: Разные ипостаси юмора: 10 увлекательных комедий на любой вкус
Ницше выделял два типа начал в культуре: апполоническое и дионисийское. Апполоническое – это высокая культура: рациональная, красивая, эстетически выверенная, нацеленная на индивидуальное. Дионисийское начало напротив, нацелено на буйство, низменный угар, "уничтожение всякой индивидуальности через мистическое единство". Плюс дионисийского искусства в выбросе темной энергии, которая копится в каждом из нас.
Потому, мой добрый совет: смотрите ситкомы. Не нужно высокомерия к "низкому" жанру. Они делают намного более важную работу, чем многие представители высокого искусства.
Потому что жизнь – страшная, травматичная, жестокая, безжалостная. А ситкомы дают нам 20 минут хорошей передышки. Давление ослабевает, и мы снова наполняемся силами для того, чтобы жить дальше.
Читайте также: Интеллектуальный юмор: 10 отличных комедий, недооцененных критиками